Мир

«Голос народа, – провозгласил Познер в минувшую субботу на сайте «Эха Москвы», пытаясь объяснить высокую популярность нынешнего руководства России, – далеко не всегда достоин уважения: немецкий народ поддерживал Гитлера… История показывает, что власть, если того захочет, поворачивает народ именно туда, куда ей, власти, надо».

Как можно оценить такое кощунственное сравнение? Ведь это уже вовсе не «инакомыслие», не «критика» и даже не просто грубое оскорбление избранной подавляющим большинством народа России власти. То, что заявил сегодня Владимир Познер – публичное провозглашение позиции, глубоко чуждой и враждебной не только фундаментальным принципам демократии, но и самим основам нашего государства, нашему народу, который Гитлера разгромил.

Такую свою позицию Познер впервые в столь откровенной форме озвучил в рамках опубликованного на «Эхе» своего послания актеру и руководителю театра «Сатирикон» Константину Райкину, о котором недавно уже писало «Столетие». На съезде Союза театральных деятелей России Райкин выступил с резкой критикой по поводу закрытия в последнее время выставок и спектаклей, будто бы «введения цензуры» и «сталинского» лексикона Минкультуры.

Такой демарш послужил для либералов, которые никак не могут смириться с сокрушительным поражением на выборах и продолжают мечтать о реванше, сигналом для новой атаки на власть.

Не остался в стороне и Познер. «Дорогой Константин Аркадьевич! – в приподнятых тонах обращается он к Райкину. – Хочу поздравить Вас с Вашим недавним выступлением и выразить Вам свою полную поддержку. И еще хотел бы просить Вас не обращать внимания на окрики и оговоры тех, кто почему-то считает себя голосом народа».

«Народ, – продолжает Познер, – совсем плохой судья, когда речь идет об искусстве. Вспомните, как шельмовали великих Прокофьева и Шостаковича, Пастернака и Ахматову при полной и весьма горячей поддержке народа. Нынешние радетели за так называемую чистоту нравов, те, которые с возмущением кричат об оскорблении чувств верующих христиан, мусульман и прочее, ничем не отличаются от фанатичных членов ИГИЛа (организации, запрещенной в РФ), которые, к возмущению всего мира, разрушали и разрушают уникальные памятники старины, потому что они, эти памятники, оскорбляют их религиозную веру. Это варвары, не больше и не меньше. Страшно подумать, что нынешние «борцы» за нравственность сделали бы, если бы пустили их в Лувр, в Античный музей Афин, в Уффици… На самом деле, в Ваших критиках и противниках говорит неграмотность, комплекс неполноценности, жажда разрушения и полное отсутствие толерантности ко всему, что им не по душе».

Что можно об этом сказать? Константин Райкин, конечно, известный актер, но все-таки называть его имя рядом с такими действительно великими корифеями искусства России, как Шостакович, Прокофьев или Анна Ахматова, все же некоторый перебор! А вот называть «варварами», чуть ли не «террористами из ИГИЛ», всех тех, кто не воспринимает и открыто возмущен либеральными экспериментами в искусстве – это уже не просто перебор, а какой-то свирепый «наезд» на всех несогласных с либеральными установками в искусстве.

Как можно высокопарно рассуждать о «толерантности» и отказывать при этом в праве выразить свое мнение тем, кто возмущен, когда под видом «художественного эксперимента» рисуют на мосту в центре Петербурга половой орган, или приколачивают собственную мошонку к мостовой на Красной площади?

По Познеру получается, что осуждать такие гнусности, иметь иную точку зрения, отличную от его собственной – это непременно «варварство, неграмотность, комплекс неполноценности и жажда разрушения»?

Конечно, нынешние либералы, особенно те, кто уже окопался за рубежом, про избранного народом президента, да и про сам русский народ, про нас с вами, постоянно говорят сегодня и не такое. Однако на этот раз речь идет вовсе не об оппозиционном политике, не оголтелом русофобе, которые обычно не стесняются в выражениях на «Эхе Москвы», на страницах «Новой газеты» или в эфире телеканала «Дождь», а о штатном комментаторе одного из центральных государственных телеканалов. Которого его поклонники и покровители на ТВ всячески позиционируют как самого авторитетного у нас обозревателя, мудрого аналитика, талантливого журналиста, имеющего на происходящее в стране свою особенную точку зрения, порой отличную от официальной.

Под таким предлогом прежде ему прощалось многое. Например, публичное признание в том, что Россия не является его родиной и здесь он «страдает». «В России меня держит только работа», – признался Познер в одном из интервью, откровенно подтвердив, что работает на гостелевидении вовсе не для блага страны, а для собственного кармана. «Я не русский человек, это не моя родина, …я не чувствую себя здесь… дома — и от этого очень страдаю. Я чувствую в России себя чужим. И если у меня нет работы, я поеду туда, где чувствую себя дома».

Отвечая в другом интервью на вопрос, какой период истории России он предпочел бы для жизни, Познер еще откровеннее подтвердил, что он – чужой для нашей страны человек: «Никакой… Российские времена почти всегда оставались темными, тяжелыми и страшными, мне … не хочется туда. Даже в русских народных сказках не нахожу близких мне персонажей…».

Владимир Познер, как известно, родился в Париже, долго жил в США, и у него сразу три гражданства: французское, американское и российское. Но Россию родиной он не считает, и, как сам признается, откровенно ее не любит.

Был крещен по католическому обряду во Франции, но теперь позиционирует себя убежденным атеистом и открыто заявляет, что «православие – одна из величайших трагедий России».

Его отец, женатый на француженке, покинул Петроград в 1922 году. Оказавшись во Франции, а потом в США, объявил вдруг себя горячим патриотом Советского Союза. После того, как в 1939 году Литва вошла в состав СССР, дед Познера по отцу, Александр Познер, стал гражданином СССР. В связи с этим и отец Познера, Владимир Александрович, приобрёл право на советское гражданство.

Как свидетельствует либеральная, кстати, Википедия, с 1943 года, работая начальником русской секции отдела кинематографии Военного департамента США, папа нынешнего кумира российских либералов начал сотрудничать с советской разведкой, первоначально в качестве «стажёра» и «наводчика» под агентурным псевдонимом «Каллистрат».

В результате семье Познеров пришлось покинуть США, а во Франции его отцу тоже отказали во въезде, сочтя его «подрывным элементом». Тогда Познеры переехали в ГДР, где его отец получил должность в компании «Совэкспортфильм». В 1952 году семья переехала в Советский Союз. В Москве Владимир поступил в университет, но был почему-то отчислен. Некоторое время работал у поэта Самуила Маршака литературным секретарем. Познер сделал переводы четырёх стихотворений и, получив одобрение Маршака, отдал их в журнал «Новый мир». Все переводы были забракованы как неперспективные, а Познеру посоветовали оставить эту стезю.

В 1957 году, во время Всемирного фестиваля молодежи, Познер «общался с американцами и почувствовал: с ними мне …проще, лучше их понимаю, …скучаю по Штатам, это родное, мой дом там, за океаном». Его намерению бежать в США воспротивился отец. В том же году Познер женился на дочери секретаря Союза композиторов СССР. При таком могущественном зяте и папе с агентурной кличкой «Каллистрат» блестящая карьера ему была обеспечена.

Позиционировавший потом себя как диссидент, Познер на самом деле сделал в СССР блестящую карьеру. В 1965 году он стал ответственным секретарем пропагандистского журнала «Soviet life», потом был переведен в престижный журнал «Спутник».

В 1967 году вступил в КПСС, и вскоре был уже секретарем парткома (!) Главной редакции радиовещания на США и Англию Гостелерадио. То есть оказался там, куда допускались только «особо надежные и проверенные товарищи».

Кстати, как это стало возможным во времена, когда американский паспорт в кармане должен был послужить для этого неодолимым препятствием? Остается только гадать. Юрий Нерсесов в своей статье, посвященной этой темной странице в биографии нынешнего либерала, сделал, правда, вывод о том, что «Володя Познер был просто стукачом, и за это ему якобы прощалось его свободомыслие и дозволялось болтать всё, что вздумается». Сам же Познер, когда ему задавали вопросы на эту щекотливую тему, уверял, будто дважды отказывался сотрудничать с КГБ, хотя все-таки и признал, что писал «изложения собственных взглядов без называния фамилий».

Словом, в те времена Владимир Владимирович усердно отрабатывал «доверие партии и правительства». Как отмечает уже упомянутая Википедия, в Гостелерадио Познер «представлял в лучшем свете заявления и решения руководства Советского Союза относительно тех или иных внутренних и международных вопросов, и, зачастую, оправдывал наиболее противоречивые из них. Среди таких решений были решения о вводе советских войск в Афганистан и уничтожении южнокорейского Боинга». А пропагандистское освещение Олимпийских игр 1980 года принесло ему медаль «За трудовую доблесть».

Однако времена стремительно менялись и, как и многие другие секретари парткомов, Владимир Познер оказался в стане активных либералов и начал взахлеб, со своей коронной, слегка снисходительной усмешкой будто бы знающего жизнь мудреца проповедовать, теперь уже с телеэкрана, совсем другие ценности.

Но когда же он лгал? Тогда, когда в должности секретаря парткома усердно, на превосходном английском или на не менее отличном французском, расхваливал в передачах советского радио на заграницу «мудрую политику партии и правительства»? Или сейчас, когда поступает ровно наоборот, понося, уже на русском, советское прошлое и рекламируя в своих передачах «западные ценности»?

Почему он вообще здесь, у нас, хотя открыто признается, что Россия – не его родина, и он куда лучше чувствует себя на Западе? Почему занимает место и время в эфире, что дает возможность человеку с двумя иностранными паспортами в кармане поучать нас с вами жизни?

Почему государственное телевидение финансирует (за наш с вами счет!) его многочисленные зарубежные вояжи, забивая эфир фильмами о том, как, на пару с шоуменом Ургантом, он смакует редкие вина и закусывает их устрицами в парижских и иных фешенебельных ресторанах? Почему мы должны созерцать чуть ли каждый день на телеэкранах хорошо упитанную физиономию деятеля, который не любит ни Россию, ни русских, ни православие, а теперь дошел до того, что сравнивает наш строй с гитлеровским?

В 1990-х годах ему удавалось подрабатывать в США. Но в 1996 году программа «Познер и Донахью» была снята с эфира руководством CNBC. В том же году закрылась передача «Познер и Дональд Хилл». Попытка вести авторскую передачу за океаном не удалась. Оставшемуся без заработков Познеру, по его собственным словам, «в Америке стало как-то кисло». В любимый Париж его тоже никто не звал, и в феврале 1997 года ему не оставалось ничего другого, как вернуться на заработки назад в Россию.

В отличие от других либералов от журналистики, которые прямо-таки брызжут яростной ненавистью к России и ее лидерам, таких, например, как Альбац, Шендерович или Радзиховский, Познер вел и ведет совсем другую линию, настойчиво позиционируя себя как сдержанного, рассудительного, умудренного жизнью патриарха, который высказывается всегда очень взвешенно и осторожно.

«Познер, – писал о нем Михаил Делягин, – умело создает впечатление желания сгладить острые углы и объективно, отстраненно докопаться до "золотой середины". Отстраненность, порожденная, вероятно, отсутствием родины, помогла ему быть преданным власти коммунистом при Брежневе, певцом перестройки при Горбачеве, демократом при Ельцине, иностранцем при раннем и борцом за свободу слова при позднем Путине... Равнодушие к судьбам чужих для него людей и стран позволяет быть эффективным, умело используя и передергивание фактов, и натужное морализаторство, и имитацию объективности».

Умело производя впечатление матерого профессионала, Познер уверяет, будто именно критика власти, недоверие «к Кремлю» и есть суть «настоящей, объективной журналистики».

И эта его тактика уже принесла ядовитые плоды. Как сообщалось, в 2015 году при приеме на журфак МГУ отсеивали абитуриентов, не считавших, что Россия незаконно оккупировала Крым и ведет войну против Украины, и в целом не демонстрировавших признаков ненависти к своей стране.

Таким образом, благодаря таким, как Познер, журфак был, как считают, превращен в своего рода конвейер по воспитанию ненависти и вражды к России под видом «журналистского профессионализма». Именно там молодые, незрелые еще журналисты, завтрашние властители общественного мнения, постепенно превращались во врагов российской государственности. Этим же самым Познер занимался и в созданной при его участии Академии телевидения.

Однако на этот раз, публично сравнив нынешний государственный порядок в России с гитлеровским, Познер перешел красную черту. Стало предельно ясно: все, что он говорит – это не конструктивная критика власти с целью принести стране пользу, а выражение враждебной России позиции тех, кто сегодня с подачи Запада считает существующую в ней власть преступной. А потому хотелось бы прямо спросить его: а вы, господин Познер, согласились бы работать на телевидении у Гитлера, если бы оно существовало в те времена? Наверняка последовал бы ответ, что он этого делать никак бы не стал. Так какое же вы теперь имеете моральное право (если принципы морали вам не чужды) работать на телеканале «режима», который вы сами, по сути, кощунственно сравниваете с гитлеровским? Поэтому, если вы считаете себя порядочным человеком, вы должны теперь немедленно подать в отставку.

А в заключение – несколько цитат не из «пропутинских» СМИ, а с личного сайта Владимира Познера.

HJK

«Уважаемый В.В., что касается немецкого народа. Народ голосовал последний раз за Гитлера в марте 1933 года. А там – удивительно – только 44% за Гитлера голосовали. А потом выборов на самом деле больше не было. А в России Путин больше получил и получает. Просто так заметить хотел».

Елена Петрова

«Предлагаю вернуть народу 235 млн и творить в свое удовольствие. Самовыражаться всегда лучше за свой счет. А отсутствие цензуры последние 20 с лишним лет почему-то не вызвало волны шедевров, наоборот, всё как-то печально. Так может, всё дело не в критиках?»

Иван Диденко

«Не поддерживаю мнение Константина Райкина... Когда искусство не направляют, оно превращается в балаган. Который мы сейчас и наблюдаем. 25 лет свободы в искусстве не принесли ничего значимого и не принесут. По профессии я актер и режиссер».

Т.Т. Макут

«Лев Новоженов прекрасно осадил всю эту интеллигентствующую пену, пустившуюся в рассуждения о "сером большинстве", "быдле", которое не понимает "высокое искусство" и "художественные приемы". На своей странице в социальной сети он написал: "Серое большинство, как тут один здесь высказался. Быдло. Зомбированные. Это серое большинство пошло умирать за вас в 41-м и последующих годах. Оно роет канавы, строит дома и дороги, водит самолёты и поезда, лечит, преподаёт, вытаскивает из горящего дома, убирает ваше г…, выживает, как может, и – да! – именно оно покупает билеты в театр. Да здравствует серое большинство!»

Виктор

«Видимо, Райкину с Познером не повезло ни с народом, ни с правителями... Наверное, Познеру и аналогичным деятелям нравится спектакль с геем – подростком (я не возражаю, если они сделают спектакль для узкого круга и за свой счет). Из-за этого, оказывается, весь сыр-бор, еще, оказывается, не понравилось закрытие эротической выставки с голыми детьми!!! Сожалею, но если деятели считают, что они могут определять, что является "искусством", а что нет, и при этом отказывают другим в критике...»

Елена Прекрасная

«Совсем не то говорите. Никто бы в Лувре не стал повреждать статуи... Вообще удивило ваше отношение к народу, как к плохому судье... Жаль... Разочаровали. А может я ошиблась в вас?!». 

http://www.stoletie.ru/vzglyad...

Источник: Перешел черту. Владимир Познер сравнил нынешнее руководство России с… гитлеровским